По характеру действий все приемы подразделяются на три категории: броски (нагэ-вадза), болевые захваты с удержанием (осаэ-вадза) и, как вспомогательные, удары (атэми-вадза). Осаэ-вадза чаще всего служат логическим продолжением бросков. Техника падений и уходов переворотом называется, как и в дзю-до, укэми.

Подавляющее большинство приемов аики-до, осваиваемых на начальном этапе обучения, имеют условные названия по порядковым номерам (иккадзё — первый вариант, никадзё — второй и т. д.). Прочие базовые приемы, за редким исключением, содержат в названии пояснение действия. Например, усиро ката тори кодэ гаэси означает буквально «перехват руки с болевым замком при захвате за плечи сзади». Конечно, как и во всех воинских искусствах Востока, раньше названия приемов были зашифрованы в звучных метафорических образах, по которым даже отдаленно нельзя было догадаться о сути. Самурайские кланы и дзэнские священники ревностно охраняли тайны кэмпо. Но рассекречивание аики-до, как и рассекречивание дзю-до, потребовало переименования приемов для удобства обучения.

Броски в аики-до в отличие от дзю-до и даже каратэ, как правило, вообще не требуют применения силы для подъема противника, подбива, подхвата и даже для простой подножки. Силы нужно не больше, чем для того, чтобы отбить рукой летящую в грудь стрелу, но если стрела пропущена, то никакая сила уже не послужит защитой. Чаще всего ключевым «инструментом» для броска служат руки (или рука) атакующего противника с уязвимыми для излома плечевым, локтевым и лучезапястным суставами. Слегка изменив положение руки, можно добиться болевого эффекта с последующим падением. Все преимущества такого броска можно оценить, если вспомнить, что на поле боя самураю приходилось зачастую сталкиваться с хорошо подготовленным противником в доспехах, иногда с мечом или кинжалом.

Наиболее типичен для техники аики-до «бросок на четыре стороны» (сихо-нагэ), применяющийся как универсальное освобождение от захвата. Например, если нападающий захватил запястье тори разноименной рукой (правой левую), тори, наложив кисть правой руки на пальцы противника, скользящим движением прокручивается по часовой стрелке под рукой укэ, освобождая с перехватом свое запястье, и нажатием одновременно в локтевом и лучезапястном суставе валит противника на спину. На земле для удержания используется только сгиб в запястье. Само название сихо-нагэ происходит от родственного движения «рубки на четыре стороны» в кэн-до. При разучивании приема Уэсиба рекомендовал ученикам мыслить терминами кэн-до: поднятие меча, вращение меча по дуге, затем рубящий удар вниз.

При проведении любого эффективного броска существенным компонентом является использование так называемой силы дыхания (кокю-рёку). Другими словами, необходимо проникновение в ритм движений противника, подстройка к его действиям, позволяющая направленно изливать ки. Теоретически при помощи кокю можно повалить противника вообще без противодействия. Броски за счет кокю-рёку предполагают максимальную концентрацию. Например, в положении сидя, будучи схвачен за обе руки в запястьях, тори слегка поддается рывку вперед, затем выводит руки вверх, словно вздымая меч, и коротким рубящим движением по диагонали вниз выводит укэ из равновесия.

Еще более эффективен бросок «неба и земли» (тэнти-нагэ), где также используется сила кокю. При аналогичном предыдущему захвате рук в положении сидя тори вращательным движением правой руки против часовой стрелки поднимает левую руку укэ как ось и опускает свою левую руку. В результате укэ беспомощно заваливается на бок лицом вверх. Название приема содержит явную аллюзию на триаду «Небо—Земля—Человек», в которой человек, используя силы Земли и Неба, повергает противника (чья левая рука в этот момент указывает на небо, а правая на землю).

Сложнейшую технику аики-до нельзя, к сожалению, ни описать в кратком очерке, ни представить по описанию. Профессор Уэсиба, утверждая, что в аики-до нет определенных форм и определенного стиля, сравнивал секрет своего учения с загадкой мироздания. Он не признавал спортивного аики-до и требовал от учеников прежде всего глубинного самопознания. Наследие Уэсиба и поныне живет в триединой сущности воинских искусств сингитай, где качества духовные и телесные сливаются в техническом совершенстве.

Добавить коментарий
Имя:
Коментарий:
Код:*